Click here -> 600x425 пикс.

В.Е.Кузнецова

По тропе Есенина рядом с Пушкиным

(Из записок школьного учителя)


Пушкин и Есенин. Есенинский сборник. Новое о Есенине. Вып. V. - М., ИМЛИ РАН, "Наследие", 2001, 232 с., с. 202-211.


Над Пушкиным время бессильно. Любовь к поэзии Пушкина подобна костру из тысяч пламенных человеческих сердец. К Пушкину идут, к Пушкину едут, едут со всех концов Земли. Душа требует. Едут в Михайловское, Кишинев, Одессу, Москву... Едут коснуться истоков его великой поэзии.

Литературный музей им. Пушкина. Москва. 10 утра. Тишина. В зале музея звучит лишь негромкий голос экскурсовода. 35 человек замерли, всматриваясь в фотографии, вслушиваясь в негромко звучащие, проникающие глубоко в душу пушкинские строки. На одном дыхании прошла экскурсия. А длилась она два часа. И не расторглась времен связующая нить пушкинской строки. Не стушевалась высокая волна душевной приподнятости.

А лица, лица ребят... Задумчивые, просветленные; распахнутые души, жадно впитывающие рассказ о Пушкине, о времени и... о себе. Нас было много, но каждый был эти 2 часа наедине с Пушкиным. По залам проходили неторопливо, всматриваясь в музейные находки пытливо, внимательно, а потом любовно оглядывали на прощание весь зал: не растеряли, до нас сберегли пушкинские реликвии, пушкинские рукописи, пушкинское время...

Вы правы: наше щедрое наследство

Не эти двери, стулья и столы.

И всё ж меня волнуют с детства

Все памятки - пускай они малы.

...Когда в былое приоткрыта дверца

И чей-то голос говорит:
входи, -

Что я могу поделать,
если сердце

Стучит, как сумасшедшее,
в груди...

Как точно описала Вера Звягинцева состояние души нашей. Вот по-сумасшедшему стучало сердце, когда мы впервые вошли в константиновский дом - "низкий дом с голубыми ставнями" - дом родителей Сергея Есенина. Так же пытаемся унять громкий стук сердца и в тишине Пушкинского музея.

27 лет наш школьный музей ведет поиск есенинских материалов. И всегда есенинская дорога идет рядом с пушкинской. Обычно с пушкинской экскурсии начинаются наши каникулярные программы в Ленинграде (ныне Санкт-Петербурге) и в Москве. Это и автобусные экскурсии по пушкинским местам города, и посещение литературных пушкинских музеев. Не один выпуск наших "есенят" побывал в Лицее, прошел дорожками Екатерининского парка, представляя здесь Пушкина, и не раз читались бессмертные пушкинские строки:

Друзья мои! Прекрасен наш союз!

Он, как душа, неразделим и вечен -

Неколебим, свободен и беспечен,

Срастался он под сенью дружных муз, - ("19 октября")

как символ нашего есенинского братства.

Да и благословение на то, чтобы Есенинский музей был создан в школе, мы получили в стенах Пушкинского Дома в Ленинграде из уст Мануйлова Виктора Андрониковича.

Долго убеждал он ребят заняться не Есениным, а кем-либо другим. Но когда, подводя итог встрече, он спросил:

- Так кем вы будете заниматься? Все дружно ответили:

- Есениным!

- Ну что ж. Раз решили - дерзайте. Вот вам моя рука помощи, - и посоветовал побывать в пушкинских музеях: - Посмотрите, что да как.

Мы посетовали, что в музей-квартиру Пушкина на Мойке невозможно попасть, а заранее мы заказали лишь автобусные Пушкинскую и Есенинские экскурсии. А когда пришли к музею - очередь аж до Невского проспекта. В.А.Мануйлов договорился, что группу нашу примут, и в назначенное время мы поспешили туда.

А вокруг все оцепенело, не пропускают. Идут съемки фильма "Станционный смотритель". Нужно немного подождать. Ждем. Гляжу: ребята мои уже знакомятся с реквизитом; и оглянуться не успела, как они забрались в коляску, забрались на козлы, кто-то трепал лошадке челку, кто-то угощал ее сахаром... "Всё! Пропало! Сейчас нас отсюда погонят - и пропал музей", - горестно думаю я, грозно направляясь к коляске.

Но раньше меня туда подошли "гусар" и "Дуня", шутливо пригрозили ребятам, но не прогнали, что-то сказали и отошли, смеясь... Отлегло от сердца. Щелкаю камерой фотоаппарата. Снимаю сияющие лукавые рожицы, выглядывающие из коляски пушкинского времени...

Через несколько минут съемка закончилась, и мы прошли в музей.

Так и остались на наших фотографиях контрасты настроения того дня: счастливо-смешные кадры с участниками фильма "Станционный смотритель" - ребята и актеры у коляски; лошадка, к которой протянуто множество детских рук, в коляске сияющая ребетня...

А затем - круглый дворик в глубине дома, где жил Пушкин. Ребята сидят на скамье, стоят рядом. И глаза ребят после экскурсии. В них боль, тревога, недоумение, вопрос: "Как же так? Пушкина не уберегли!"

А вечером, как вызов, скандируя, хором читали лермонтовские строчки стихов "На смерть поэта". Я и сейчас слышу, как читали. Через годы звучат эти голоса.

А год прошел под знаком прозы Пушкина. Первым, конечно, прочитали "Станционного смотрителя". И фильм потом особенно заинтересованно смотрели, узнавая тот фрагмент, который снимался на набережной Мойки. Читали всю прозу. И обнаружили поэзию прозы Пушкина. А помог нам всем в этом поэт Всеволод Александрович Рождественнский, с которым мы встречались в редакции журнала "Нева". Вс.Ал. Рождественский поделился своими воспоминаниями о Сергее Есенине. Но мы решили провести открытое обсуждение книги Вс.Ал.Рождественского "Читая Пушкина" - для учителей русского языка и литературы Североморского района. Всеволод Александрович активно помогал нам советами. А после открытого урока мы подробно написали ему о нашем успехе.

Наш Пушкин... Какой он? У нас свой Пушкин Мы не стараемся анализировать образы его поэзии, прозы; не исследуем рукописи... Наш Пушкин - наш собеседник, наш современник, наш друг... Может быть, тот романтик, которого мы ясно представляли, когда шли тропами от Михайловского к Тригорскому нижней дорогой и, перебивая друг друга, сообщали:

Здесь вижу двух озер

Лазурные равнины...

Увидев зеленую семью деревьев, приветствовали: "Здравствуй, племя, младое, незнакомое..." и чуть приглушенно читали:

Я помню чудное мгновенье...

А нога замедляла шаг и ступала мягче: ведь мы шли по аллее А.П.Керн (тогда это было еще можно!)...

Или тот Великий Поэт и Гражданин страны своей, силу и мощь которого особенно почувствовали, когда в звонкой тишине июльского утра положили цветы на могилу поэта, постояли минуту молчания, а потом содрогнулись от ужаса, услышав от экскурсовода точные цифры и факты того, какую участь готовили могиле фашисты. И мертвый Пушкин был им страшен! И дабы больнее ударить по сердцам россиян, фашисты готовились могилу Пушкина взорвать.

Постояли мы и у дерева, опутанного цепями, а по дереву разгуливал пушистый кот. Но сколько мы ни призывали: "Кис-кис!", он не обращал на нас никакого внимания. Вдруг из домика неподалеку вышел мужчина, понаблюдал за нами и сказал:

- Не так зовете его. Надо вот так:

У лукоморья дуб зеленый.

Златая цепь на дубе том, -

он читал нараспев, а кот и действительно с дерева спрыгнул на плечо мужчины. Это был Семен Степанович Гейченко. Ребята забросали его вопросами:

- Бывали ли французы на могиле Пушкина? Их реакция на смерть поэта?

- Бывали. Ну, буквально через несколько месяцев после того, как Пушкина похоронили, приехал посол Франции. Для того, чтобы постоять у могилы Пушкина и попросить прощения у него от лица французов. Это в те-то времена! В 1837 году!!!

А позже могилу Пушкина навестил еще один знаменитый француз - писатель Александр Дюма. Он тогда по России путешествовал. Встречался он и со вдовой поэта - Наталией Николаевной.

У нас в библиотеке есть экземпляр одного из романов "Российского цикла" Александра Дюма. Рассказ там ведется от имени графа Монте-Кристо. Помните его настоящее имя? Вот-вот! Эдмон Дантес... Граф считает себя возможным родственником убийцы Пушкина, и это его гнетет... Он пытается выяснить у всех, с кем встречается в России, степень вины своего однофамильца, беседует об этом и с Наталией Николаевной. Та отвечает: "Дантес - убийца моего мужа. Этим сказано все." Дюма пишет, что ее голос был холоден, как сталь. Так могла разговаривать гильотина, если бы она умела говорить...

- Скажите, а в Пушкинский заповедник могут приехать ребята, чтобы помочь в чем-то музею?

- Да, конечно. Мы принимаем все трудовые десанты и рады добровольной помощи. Вот оплаты не гарантируем...

- Да нет, без оплаты. Просто поучиться музейному делу, а заодно и музею помочь.

- Работы много. Территория парка требует ухода, очистки, поливки... Но будет одно условие: каждый должен провести 1 экскурсию для детей, сюда приезжающих. Готовьтесь!

Мы использовали совет С.С.Гейченко, списались с директором музея-заповедника им. С.Есенина - Владимиром Исаевичем Астаховым - и в августе 1986 г. провели "музейную практику" в Константиново. Счастливая августовская сказка!

Да, рядом идут эти пути-дороги - пушкинская и есенинская. Поэтому, когда гостем Мурманска и Североморска был С.С.Гейченко, мы сделали все, чтобы на встречи попасть. Были ребята и на встрече с Григорием Григорьевичем Пушкиным. Он приезжал на Север вместе с поэтом Игорем Крохиным. Выступали задорно. Речь шла о потомках Пушкина. Игорь Крохин шутя сказал, что их дружба столь тесна, что он сложил шутливое стихотворение:

Терем-теремок!

Кто в тереме живет?

Мышка-норушка,

Лягушка-квакушка,

Григорий Пушкин

Да Игорь Крохин.

А Григорий Григорьевич, повествуя о потомках, подчеркнул, что потомков Пушкина более 230 человек. Но стихи пишет лишь он один. Зал тут же потребовал:

- Почитайте свои стихи!

Григорий Григорьевич встал в позу, выпрямился и гордо-напыщенно изрек:

Я только правнук - не поэт.

Писать стихи - таланта нет.

И добавил - "Вот одно-единственное мое стихотворение". Зал дружно рассмеялся.

Конечно, после встреч в школе у нас на занятиях есенинского кружка идет разговор о Пушкине, о потомках поэта...

И, как правило, возвращаясь из поездок, мы везем книги. Часто соседствуют рядом Есенин и Пушкин. Но первые годы чаще бывал только Пушкин. За 27 лет поездок наша "пушкиниана" увеличилась настолько, что решили мы к 200-летию А.С.Пушкина открыть выставку "Венок Пушкину". На выставке представлено лишь то, что мы привозили из есенинских поездок. И по книгам можно узнать наши маршруты: больше всего книг и сувениров из Михайловского, Ленинграда, Лицея, Москвы, Одессы...

"Пушкин и Поволжье", "Пушкин в Польше", "Пушкин в Кишиневе", "Пушкин в Молдавии" - 500 книг, Пушкинские экслибрисы, газеты, журналы... Детские рисунки по пушкинским произведениям. Лепные фигурки (ржаное соленое тесто) - персонажи сказок Пушкина... всего и не перечислить. Выставка будет открыта до 1 сентября. В Есенинском музее Областной детской библиотеки г.Мурманска за март было уже 30 групп.

Интересно, что, выполняя задания по творчеству Пушкина, ребята проводят параллели с Есениным. Так, отвечая на вопрос:

"А какие добрые чувства в тебе разбудил Пушкин?" - приводили и такие ответы:

"Читаю у Пушкина:

Подруга дней моих суровых,

Голубка дряхлая моя...

Это к няне он обращается.

Подруга! И не просто подружка, а подруга в те дни, что назовет он суровыми.

"Голубка дряхлая моя"!

Сколько доброй нежности, любящей улыбки. Любви, добрым юмором скрытой, горькой улыбкой жизнелюба. Я знаю еще одно такое же признание в нежности и любви - это есенинское обращение к матери:

Милая, добрая, старая, нежная.

С думами грустными ты не дружись...

Хочешь, под эту гармонику снежную

Я про свою расскажу тебе жизнь.

А жизнь сына и наводит на думы грустные мать. Много горького было. А вот тут такой разговор. Ну кто у нас столько ласковых слов маме сразу скажет? Или кому другому - бабушке, дедушке, брату, сестре, другу, учителю любимому? Надерзить, нагрубить - не стесняемся, а ласковых слов сказать - боимся.

Попробовала я быть нежной с мамой. Вечером на кухне сидит мама, усталая, чай пьет. Все дела в доме переделала. Отдыхает. Сердце мое сжалось от светлой нежности к ней. Пришла на кухню, чаю налила. Смотрю, а она безучастная какая-то. Села напротив нее:

- Устала, родная? Милая ты моя: самая нежная в мире мамочка, ты знаешь, как я тебя люблю.

- Дочка! Ты что? Тебе что-то надо? Что случилось? Что с тобой случилось, дочка!?

Вот так, напугала мать нежностью!

- Да ничего! Просто так, с языка сорвалось, - ответила я резко.

И мама успокоенно кивнула:

- Аа, да!?

Наше поколение боится добрых слов, добрых дел. Боится прослыть сентиментальным. И получается, что говорят нежные слова после утери любимых людей.

А Пушкин торопился сказать своим друзьям слова привета живьем:

"Подруга дней моих суровых" - это няне.

"Друзья мои, прекрасен наш союз!" - лицейским друзьям.

"Мой первый друг, мой друг бесценный" - это Пущину.

"И нас учит Пушкин этому великому делу - уметь дружить и любить.

Наше есенинское братство уроки Пушкина чувствует. И вслед за Пушкиным я повторяю своим друзьям:

Друзья мои, прекрасен наш союз"

Л.

Или другое сочинение:

"Что-то слышится родное

В долгих песнях ямщика.

Родное слышится мне и в поэзии Пушкина. Родная речь русская. Родная зима с ее блестящими снегами. Родная земля, вся, и в непогоду, и в осеннюю слякоть, и в весну цветущую, и в зиму метельную... Родное - в сказках, в детстве, с Пушкиным связанном. Родное - в Татьяне Лариной, в ее святочных гаданиях, в ее верности: "но я другому отдана и буду век ему верна"... Родное - вот то основное, что добром откликнулось в сердце моем от Пушкина и от Есенина. У Есенина это родное звучит щемяще-нежно, что и роднит его с Пушкиным:

Нездоровое, хилое, низкое,

Водянистая, серая гладь.

Это все мне родное и близкое,

От чего так легко зарыдать.

 

Покосившаяся избенка.

Плач овцы, и вдали на ветру

Машет тощим хвостом лошаденка,

Заглядевшись в неласковый пруд.

 

Это все, что зовем мы родиной.

Это все, отчего на ней

Пьют и пляшут в одно с непогодиной,

Дожидаясь улыбчивых дней". (Е., I, 183-184)

Вот среди этих сочинений было одно - неординарное. Интересное. Нетрафаретное. Конечно, я его отметила оценкой "5", зачитала в классе, особо похвалила автора. А через неделю ученица призналась, что она списала сочинение с газеты. Удивительно, что я не почувствовала это. И лексика, и слог, и синтаксис - уровень школы. Не верю, прошу принести газету. Говорит, что газета не сохранилась. Она вырезку сохранила. Принесла вырезку из газеты "Пролог". Что это за газета, я и сегодня не знаю (а было это в 1992 году). Прочитала "работу":

"Вспоминаю 6-ой класс, когда получила свой первый серьезный нравственный урок. Его преподал мне Александр Сергеевич Пушкин.

Учу отрывок из "Полтавы" и, честно говоря, ни о какой нравственности не думаю.

Выходит Петр. Его глаза сияют.

Лик его ужасен.

Движенья быстры. Он прекрасен.

........................

Швед, русский - колет, рубит, режет.

Бой барабанный, клики, скрежет.

Гром пушек, топот, ржанье, стон,

И смерть, и ад со всех сторон...

А что там задумываться? Все в порядке. Враги должны друг друга колоть, рубить и резать. Это я уже давно усвоила. И вот дохожу до конца и перестаю что-либо понимать. Думаю-думаю - не понимаю. Мешает всего несколько слов, чепуха какая-то. Вдумываюсь в них только потому, что авторитет Пушкина для меня непререкаем:

Пирует Петр. И горд, и ясен,

И славы полон взор его.

И царский пир его прекрасен.

При кликах войска своего,

В шатре своем он угощает

Своих вождей, вождей чужих,

И славных пленников ласкает...

Вот что отказывается понимать моя голова: как это можно ласкать пленников? Пусть даже славных. У меня генетический код не тот, чтоб так просто это понять. Я все-таки в конце XX века живу. В нашем веке такое было! Издеваться над пленником - да, понимаю. Морить его голодом - а что тут такого? Расстрелять - запросто. Но ласкать "вождей чужих"?! А Пушкину - верю. И приходится думать. И додуматься до совсем, оказывается, простой мысли: пленник - тоже человек. Когда он пленник - он беззащитен, он уже не враг. У него оружия нет. Все споры были решены на поле брани. А сейчас друг на друга смотрят два равных человека - Петр и его славный пленник.

Вот как во мне, человеке с начисто отравленным сознанием, Пушкин пробудил "чувства добрые". И он знал, что это одно из достоинств его поэзии.

И опять 6-ой класс. Спустя какое-то время. Опять учу. "Смерть пионерки". Меня волнуют эти стихи. Я верю автору. Хотя не понимаю, почему девочка отказывает маме, почему она лишает ее надежды на встречу в ином мире, почему не жалеет? Но по-настоящему в тупик загоняют меня такие слова:

Возникай, содружество

Ворона с бойцом -

Укрепляйся, мужество,

Сталью и свинцом.

Чтоб земля суровая

Кровью истекла,

Чтобы юность новая

Из костей взошла...

Долго думаю над непонятными словами и ничего придумать не могу. Потому что знаю: ворон - плохо, боец - хорошо. Багрицкий - хороший. Учебник - хороший. А почему тогда написано про содружество ворона с бойцом? Не понимала. Так и не поняла тогда...

Только не хотела, чтобы новая юность (и моя тоже - получается) взошла из чужих костей.

Додумалась много позже. Обрадовалась тогда, что не понравились эти строчки. Просто поэт призывает ворона доделать начатое бойцом: боец поубивает всех врагов, а ворон обклюет трупы до костей. И после этого может прорасти светлое будущее. И проросло. И именно такое, какое должно было прорасти, исходя из закона бойцов. Но я среди них быть не хотела. Спасибо Пушкину".

Поблагодарила девочку за то, что именно этот газетный материал Ольги Артемьевой нашел отклик в ее душе. Говорила и о плагиате. Но отметку не изменила: ведь именно Пушкин был ее совестью и заставил рассказать правду.

Читателям Пушкина, проникновенным, понимающим, становится не каждый умеющий читать. Пушкин - наш учитель, наш современник, наше Солнце поэзии. Наверное, поэтому нам из Болгарии актриса и певица Роза Балканска прислала книгу: М.Цветаева, А.Ахматова "Мой Пушкин" (на болгарском языке). В дарственной надписи есть такие слова: "Думаю, что в гостеприимной Есенинской комнате гости такие, как Пушкин, Цветаева и Ахматова, всегда дорогие и желанные.

От всей души желаю всем вам - любителям незабвенной поэзии Сергея Есенина, больших творческих удач и новых находок.

7.9.1982. Ваша Роза Балканска.

София"

Роза Балканска знала, какие чувства добрые будят в наших сердцах пушкинские слова.


главная

Created by Vlad Vasiliev on 20 Jan 2004
Last modified on 20 Jan 2004


Хостинг от uCoz
UCOZ Реклама
Лента атласная купить сетка цветная лента атласная. . Продажа рыбы для прудов оборудование для пруда и водоемов с рыбами.